«Ален Делон не пьет одеколон». Почему?

Сергей ЛЕСКОВ

В сегодняшней России все – политика. Она стоит за любым экономическим, экологическим или социальным вопросом: пошедший юзом рейтинг власти заставляет поневоле видеть за любым ее почином политический подтекст.

Это в полной мере относится и к футурологическим прогнозам Путина на недавнем совещании по искусственному интеллекту (ИИ). Самой громкое заявление прозвучало так: «Лидер в области искусственного интеллекта станет властелином мира».

Поскольку президент сегодня говорит об ИИ чаще, чем о пенсионной реформе, можно сделать вывод, что эта тема захватила его глубоко и определит многие дальнейшие властные шаги. На искусственный интеллект направлены бюджетные миллиарды, а инвесторам обещают режим наибольшего поощрения в этом поле.

Вообще Путин не так часто проявляет интерес к перспективам науки. Ее мизерабельное состояние и массовый отток талантов за границу не слишком беспокоят нашу власть. В представлении Кремля изучение законов физики полезно лишь для создания военной техники, а фундаментальная наука – это обременение.

Последний всплеск интереса Путина к науке пришелся на 2007 год, когда народилась госкомпания «Роснано». Путин тогда убеждал, что «нанотехнологии – это приоритетное направление развития науки». А сейчас дал политическое указание за пять лет войти в число мировых лидеров по кибербезопасности и распознаванию голоса, хотя нечто подобное изобретали еще зэки в романе «В круге первом» Солженицына.

Во главе «Роснано» был поставлен лучший менеджер эпохи Анатолий Чубайс. За долгий срок существования этой конторы в обществе сложилось стойкое убеждение, что она предназначена для набивания карманов, но никоим образом не для прогресса. Руководство «Роснано» докладывает о прорывах, но публика их не видит. Поскольку главный мотив этой сделки властной совести с Чубайсом – опять же политический. Его генеральная идея сократить народ России за счет «не вписавшихся в рынок» – до сих пор жива.

Авторитетные ученые, еще не запуганные реформой Академии наук, в тот период удивлялись ставке на нанотехнологии, которые, по мировому опыту, были лишь одним из многих приводных ремней научного прогресса. Но власть попала еще и под безмерное обаяние Михаила Ковальчука, «научного защитника» Чубайса, который имел много ключевых постов в научной сфере и был вхож в ближний кремлевский круг.

Но сегодня за интересом президента к искусственному интеллекту вроде ничья тень не проглядывает. Может, по той причине, что наши лучшие математики и программисты давно перебрались в иные края, где только и могут реализовать свой потенциал. А может быть, эра ИИ отвечает некоему глубинному запросу российской власти.

Искусственному интеллекту не нужны пенсия и социальные пособия. Его не волнует квартирный вопрос и падение реальных доходов. Демократические выборы, независимый суд, произвол бюрократов – все это ИИ по барабану.

Кроме того ИИ, как умный робот, будет беспрекословно верен своему господину, властелину недр и энергий – и ни единым транзистором не усомнится в высоком рейтинге власти. Помните прошлогоднее путешествие президентского кортежа по словно вымершей в день инаугурации столице? Даже арифмометру ясно, что робот Кремлю милее человека.

Посему актуальным является вопрос – не окажется увлечение ИИ очередным самообольщением власти? На Западе было уже несколько всплесков интереса и несколько волн охлаждения к данной теме. В 1965 году основатель теории искусственного интеллекта Герберт Саймон говорил, что через двадцать лет робот научится делать все, что умеет делать человек. Тогда же Хрущев говорил, что через двадцать лет советский человек будет жить при коммунизме, не упоминая при этом о чудесных механизмах. Но ни оно из этих предсказаний не сбылось.

Воодушевление президента по поводу ИИ – его личный выбор, не поддержанный научными прорывами. Несмотря на многомиллиардные вложения, искусственный интеллект по уровню развития находится на стадии жука. И самые радужные прогнозы – что через сто лет поднимется до уровня кошки.

Не надо обманываться по поводу того, что компьютер обыгрывает в шахматы чемпиона мира. Выиграв, машина не понимает, что одержала победу над человеком. Вбить это ей в голову не получается. Главная проблема – отсутствие у робота здравого смысла, воображения и возможности моделировать будущее. Математическая логика пасует перед простыми истинами вроде «Мать всегда старше дочери» или «Ален Делон не пьет одеколон». Почему? Для нее на это нет ответа.

Ну, и самый последний довод разума по части прожекта Путина насчет внедрения у нас ИИ.

В 2018 году в США опубликовано десять тысяч научных работ в области искусственного интеллекта, зарегистрировано 1400 стартапов, в Израиле – 360, в Германии – 105. В России – всего 19 стартапов и ни одной публикации за рубежом.

То есть мечта президента о замене крайне политизированного сегодня человека аполитичным интеллектуальным механизмом, который не пойдет на митинги и не станет портить кровь властям – опять же упирается в политику. Но в данном случае – уже в довольно нереальную.

1 Комментарий

В 1965 году Хрущёв уже ничего эпохального не говорил, поскольку слетел с должности несколько раньше. Что же касается ИИ, я бы не торопился с оценками. Прогрессу в целом спешить особенно некуда, однако и остановить его невозможно. И что будет через 100-200 лет, лучше не предсказывать...