Москва не может ни забрать Донбасс ни его отдать назад

Сергей МИХЕЕВ

МИХЕЕВ: Какие-то ритуальные камлания вокруг и Минских соглашений, и всяких законов украинских о реинтеграции в значительной степени к действительности имеют довольно отдаленное отношение. А вот в реальности – вооруженным путем! Та часть людей, которая на Украине не согласилась с Майданом в 2014 году, де-факто отвоевала себе «кусочек независимости». Вот расставаться с этой независимостью, честно говоря, независимо от того, какие там законы принимают в Верховной раде – я лично не вижу никакого смысла! И все! Это первое.
Сергей МихеевВторое. Что касается Киева, ясно, что все вот эти «модальности, имплементации, казуальности» и прочее — вот эти все слова, которыми они все овладели, тоже к действительности не имеют никакого отношения. В реальности они хотели бы прийти и всех убить! Убить всех тех, кто не согласен. Но у них нет возможности это сделать до тех пор, пока Россия занимает ту позицию, которую она занимает, и поэтому им надо какого-то гопака там отплясывать. При этом вроде как это «наша территория, но одновременно мы за нее не несем никакую ответственность. Мы, конечно, готовы за нее воевать, но не будем, потому что при нынешней позиции России это чревато жертвами. Мы принимаем закон о реинтеграции, но в реальности реинтегрировать мы не собираемся. Вообще, мы собираемся выполнять Минские соглашения, но из закона мы пункт о Минских соглашениях изымаем». То есть это — сплошной «птичий язык», который описывает ситуацию, являющейся невероятно простой: Киев хотел бы теоретически забрать эти территории, но не может. А те люди, которые в ДНР и ЛНР получили этот «кусочек независимости» с помощью оружия, не собираются его отдавать – все!

КОРНЕЕВСКИЙ: Это вы вот так просто описали! А у них там все сложнее!
МИХЕЕВ: Я так просто описал. Но дальше вступают в силы всякие разные экивоки, реверансы: «А вот, мировое сообщество. А что по этому думает «нормандская четверка»? А как на это посмотрит дедушка Мазай какой-нибудь и его зайцы?». Все это, конечно, невероятно интересно, но в реальности ситуация описывается теми тремя простыми предложениями, которые я изложил.
Могут ли быть изменения какие-то? Могут! Если на Украине что-то поменяется. Если поменяется власть. Например, как минимум уйдут от власти те, кто в 2014 году «замутил» этот Майдан и начал войну на Донбассе – может быть, тогда о чем-то можно будет разговаривать! До этого времени разговаривать не о чем. Плюс, пока там скачут эти в голову ударенные, всевозможные борцы за украинскую державу (вы видели, что они даже по поводу вот этого, достаточно странного, закона учинили там бедлам с дымом и прочая, прочая) – тоже никаких подвижек в Киеве не будет. Поэтому мы можем пообсуждать этот закон, поразбирать его пункты, но в реальности, какие бы там пункты ни были написаны, действительность такова: никто ни под каким предлогом не собирается (по крайней мере, я считаю это правильным) уступать Киеву, с одной стороны. А, с другой стороны, Киев не может отказаться от претензий на эти территории, хотя, на самом деле, возможностей вернуть их у него нет