Русские старики, отрезанные от пенсии, станут луддитами XXI века

Сергей ЛЕСКОВ

Профессор Гарварда и советник четырех президентов США по вопросам управления Уоррен Беннис лекцию в Международном валютном фонде начал с вопроса: «Сколько работников будет на заводе через 20 лет?» И сам же ответил: «Двое: человек и собака. Человек будет кормить собаку, а собака следить, чтобы человек не нажимал ни на какие кнопки».

Утопия? Автоматы уже замещают многие профессии. Создан робот-бармен, проходит испытание беспилотное такси. В банках решение о кредите принимают роботы, владеющие алгоритмом бесстрастного интервью. Даже в спортивном клубе, который я посещаю, сократили персонал, поскольку каждый посетитель получил личный чип, что позволило оптимизировать сервис.

Во время выборной кампании Путин убедительно говорил о необходимости для России глобального технологического рывка и о построении цифровой экономики. Это нашло подтверждение в майских указах – руководстве для исполнительной власти. Однако новый президентский цикл начался не с жизненно необходимой модернизации, а с повышения пенсионного возраста, что по сути является оперативной бухгалтерской манипуляцией по маневрированию скудными ресурсами.

Вспомним притчу Бенниса про собаку и человека на заводе будущего. Найдут ли там работу молодые – тем более пожилые люди, которым отложили пенсию? Думаю, что в предложенном виде пенсионная реформа противоречит модернизации и препятствует технологическому рывку.

Вообще с технологическим рывком мы сильно опоздали. И с генетикой, и с кибернетикой, и с электроникой тоже. Последний раз мы были на технологическом коне, когда первыми вышли в космос, отправляли автоматические станции к планетам и построили первую орбитальную станцию. Но сегодня потеряли лидерство и в космонавтике. Возникает вопрос о традиции последних десятилетий – почему мы вечно упускаем время и оказываемся в роли догоняющих?

Пенсионная реформа и технологический рывок – это Сцилла и Харибда, пройти между которыми чрезвычайно сложно. Правильно ли выбрана очередность преобразований? Может, сначала следовало бы запустить модернизацию и посмотреть на рынок труда? На этот счет не то что разъяснений, даже просто соображений из властных структур не слышно. Между тем не окажется ли так, что пенсионеры, оставшиеся на рынке рабочей силы, станут крушить роботов, которые вытеснят их с привычных мест?

В XIX веке в эпоху промышленной революции в Англии возникло движение луддитов, которые ломали ткацкие станки. Не станут ли русские пенсионеры в XXI веке новыми луддитами? Кстати индустриальный саботаж в Англии карался смертной казнью, против луддитов бросили армию, в какой-то момент против Наполеона воевало меньше войск.

Многих луддитов выслали в Австралию. Исторический парадокс: сегодня пенсия в Австралии находится в пределах 45-135 тыс. российских рублей при выходе на отдых в 65 лет со скорым увеличением до 67 лет. Правда, средняя продолжительность жизни мужчин в Австралии – 81 год, а в России – всего 65 лет.

По закону Паркинсона любой работник начинает терять хватку за пять лет до выхода на пенсию, чему бы этот возраст ни равнялся. А по расчетам Центра макроэкономического анализа технологический рывок до уровня производительности труда развитых стран приведет к высвобождению на рынке труда до 2035 года 9-11 миллионов человек. И это без учета цифровизации, масштабы которой прогнозировать трудно.

Плохая демография уберет от двух до четырех миллионов. Оставшимся придется в новых условиях искать работу. При этом ежегодно из-за повышения пенсионного возраста на рынке труда будет прибывать по одному миллиону несостоявшихся пенсионеров, После несложных арифметических действий эксперты приходят к оценке – от 3,5 до 7,5 миллионов потенциальных безработных. Это не только социальная катастрофа, но и значительная дополнительная нагрузка на бюджет, которая не учитывается адептами пенсионной реформы.

Есть впрочем выход: отказаться от технологического рывка. Можно предположить, что авторы пенсионной реформы в скрытой форме выражают недоверие торжеству цифровой экономики. Не исключено, они владеют реальной ситуацией, а мы открыли рот и развесили уши.

Заинтересована ли власть в технологическом подъеме? Теоретически – безусловно: иначе страна теряет конкурентоспособность и впадает в зависимость от супостатов. Но чтобы совершить задуманный рывок, власть должна эволюционировать, сбросить чешую и приобрести, как в живой природе, другие видовые признаки. Пока же таких намерений не видно.

Разумное государство для собственной выгоды должно чувствовать берега и не работать на саморазрушение. Инновации – синоним развития и необходимых для этого экономических свобод. Безусловно, государство проводит мероприятия и организует показательные форумы российских стартапов. За семь лет в поддержанных бюджетом технологических акциях приняли участие 40 тысяч человек, были выделены десятки проектов, но ни один из них не показал коммерческой прибыли. Все это капля в море.

Можно обрадовать пенсионеров: технологическая отсталость России служит для них валерьянкой. Охранители и консерваторы, которые препятствуют модернизации, объективно стоят на страже их интересов.

Правда, на короткий срок, по принципу «после нас – хоть потоп».