В железных ночах Ленинграда…

Владимир Сиряченко

Враг у ворот

…Июль 1941 года. Германская группа армий «Север» рвется к Ленинграду. 42 полнокровных дивизии, в том числе 7 танковых и 6 механизированных. Поддержка с воздуха – в лице 1-й воздушной армии и отдельного авиакорпуса. 1500 танков, 1070 самолетов, 725 тысяч солдат и офицеров. 30% общей численности войск, брошенных Гитлером на германо-советский фронт в соответствии с планом «Барбаросса».

Командованию вермахта не удалось повторить на Северо-Западном фронте «белорусский вариант». Советские войска отступают организованно, отбивают ожесточенные атаки, на отдельных участках переходят в контрнаступление. Но перевес на стороне врага. Темпы продвижения передовых немецких частей – до 30 километров в сутки. В Берлине уже отпечатаны пригласительные билеты на банкет в гостинице «Астория» по случаю взятия города.

В эти грозные дни состоялось собрание актива городской партийной организации. Выступая на нем, первый секретарь обкома и горкома ВКП (б) А.А.Жданов сказал:

 - Враг у ворот. Вопрос стоит о жизни и смерти. Либо рабочий класс Ленинграда будет превращен в рабов и лучший его цвет истреблен, либо соберем все в кулак и ответим двойным ударом, устроим фашизму могилу… Все зависит от нас.

Как и в незабываемом 1919-м, ленинградцы поднялись на защиту родного города. 659 тысяч жителей влились в ряды Действующей армии. Только за первые десять дней обороны было сформировано 10 дивизий народного ополчения. На фронт городской комитет партии послал более 70% состава своей партийной организации, к ним присоединилось более 90% комсомольцев Ленинграда. На строительстве оборонительных рубежей самоотверженно трудилось мирное население. Общая их протяженность составила 652 километра, создано 15 тысяч дотов, 22 тысячи огневых точек.

Во всем этом проявлялась организующая роль лидера коммунистов области и города, члена Военного совета Ленинградского фронта Жданова. Он стал подлинной душой обороны города. Андрея Александровича часто видели на передовых позициях, он воодушевлял воинов и трудящихся, вселял в них стойкость духа, веру в неизбежную победу. Вручал отличившимся бойцам и командирам высокие государственные награды, в том числе и медаль «За оборону Ленинграда». Награждено ею было без малого полтора миллиона защитников города. Медаль под №1 была вручена А.А.Жданову.

За довоенные годы в Ленинграде был создан мощный оборонный потенциал. Штаб обороны города с началом войны полностью подчинил работу предприятий нуждам фронта, переключил их на выпуск необходимого вооружения и боеприпасов. Кировский и Ижорский заводы продолжали производить танки, несмотря на ожесточенные артиллерийские обстрелы и удары с воздуха. Фронт проходил в считанных километрах от заводских цехов. Наладили выпуск минометов, снарядов и мин, гранат и бутылок с зажигательной смесью. За годы блокады промышленность города Ленина освоила выпуск более 200 новых видов военной продукции, изготовила и отремонтировала более 2000 танков, 225 тысяч автоматов, 12 тысяч минометов.

Проходили один за другим сроки, которые устанавливал Гитлер генерал-фельдмаршалу фон Леебу для взятия Ленинграда, но его оборона оставалась неприступной.

Сенявинский и Ораниенбаумский плацдармы, «Невский пятачок», Московская Дубровка стали подлинными бастионами мужества, высочайшего духа, патриотизма и самопожертвования. Где-то там, а, может быть, во время форсирования Невы, в ее водах навсегда остался мой дядя, самый младший из трех ушедших на фронт братьев Сиряченко Никита Семенович. До войны обладатель одной из самых мирных на земле профессий - колхозного садовода. Ему так и не придется отведать даров с разбитого накануне войны на крутом берегу реки Псел раздольного сада в несколько десятков гектаров. Это рукотворное чудо еще много лет будет радовать людей своими плодами.

Такого мужества история не знала

«Будучи ярким представителем поколения партийных лидеров советского строя, А.А.Жданов умел слушать людей и быстро реагировать на вопросы – дар, присущий немногим, - рассказывал Дмитрий Васильевич Павлов – в годы войны начальник Главного управления продовольственного снабжения Красной Армии, затем более тридцати лет возглавлявший Министерство пищевой промышленности СССР и РСФСР. – Он был требователен, за упущения в работе никому не давал спуска. Но все это делалось в такой форме, что самолюбие подчиненных не задевалось. Он умел владеть собой. Даже в самые мрачные дни осады города Жданов казался бодрым, уверенным и только близкие к нему люди иногда могли уловить его душевное волнение».

Ценил значение мобилизующей поэзии – «и песня, и стих – это бомба и знамя», пламенной прозы и газетной публицистики. Постоянно заботился об оставшихся в блокадном городе писателях, деятелях культуры, фронтовых журналистах. Зажигающие строки поэмы Николая Тихонова «Киров с нами» передавали по радио, они звучали из уличных громкоговорителей:

И в ярости злой канонады

Немецкую гробить орду

В железных ночах Ленинграда

На бой ленинградцы идут.

Регулярно выходила партийная газета «Ленинградская правда», молодежная «Смена», армейская «На страже Родины», заводские многотиражки. Лидер коммунистов города Ленина считал своим долгом выступать в печати, его перу, в частности, принадлежат передовые статьи «Ленинградской правды» «Враг у ворот» и «Безжалостно истреблять фашистское зверье».

Вскоре в осажденный город была доставлена партитура «Седьмой симфонии» Дмитрия Шостаковича, вошедшей в историю под названием Ленинградской. Жданов распорядился отвести под концерт симфонического оркестра радиокомитета зал Ленинградской филармонии, которым руководил Карл Элиасберг. С огромным трудом разыскивали оркестрантов, некоторых находили и отзывали для участия в репетициях с передовых позиций. Несмотря на угрозу авианалетов и артобстрелов было включено электроосвещение, сияли все люстры. Зал был переполнен. Моряки, пехотинцы, бойцы ПВО, исхудавшие жители слушали, затаив дыхание, величественную музыку. Многие не скрывали своих слез.

Симфония поразила своей жизнеутверждающей силой, высокой патетикой и экспрессией, апофеозом мужеству и стойкости. Она способствовала подъему духа и патриотических чувств не только зрителей, но и всех жителей города. Трансляцию концерта слушали на передовых позициях – и не только в наших, но и во вражеских окопах.

Спустя годы один из немецких туристов, гостей города на Неве, невольный свидетель «окопного концерта», скажет:

- Тогда, в августе 1942 года, мы поняли, что проиграли войну. Мы ощутили вашу силу, способную преодолеть голод, страх и даже смерть.

Но до этого предстояло еще дожить. В октябре 1941 года на город дохнуло смертельное дыхание голодной зимы. Фашисты перерезали основные пути сообщения - железнодорожные, автомобильные и даже водные. В декабре среднесуточная норма выдачи хлеба составила: для бойцов на передовой – 500 граммов, для рабочих - 250, для служащих и иждивенцев – 125 граммов. Перестали отоваривать карточки на остальные продукты питания. К голоду добавились ранние морозы и метели, в январе средняя температура составила 32 градуса мороза. Прекратилась подача электроэнергии и воды, еще в конце декабря остановились трамваи.

Выживший из ума писатель Виктор Астафьев в 90-е годы задавался вопросом: стоило ли платить за оборону Ленинграда такую высокую цену?

Но Гитлер считал иначе: «окружить Ленинград тесным кольцом и путем обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки сравнять его с землей». В этой изуверской бойне были бы истреблены не только оставшееся двухмиллионное население города, но и более полумиллиона его защитников.

В конце декабря Жданова вызвали на заседание Государственного Комитета Обороны с докладом о положении в Ленинграде. С нетерпением ожидали члены Военного совета фронта и руководители города его возвращения из Москвы. Послушаем опять Д.В.Павлова:

«По окончанию доклада, - сказал Жданов, - Сталин подошел ко мне, обнял, поцеловал и выразил восхищение мужеством ленинградцев. Он обещал принять все зависящие от правительства дополнительные меры, чтобы ускорить выезд населения из Ленинграда и оказать всемерную военную помощь фронту».

И эту помощь воины фронта и жители города почувствовали. По замерзшему Ладожскому озеру, а затем по всем трем трассам ледовой магистрали пошло продовольствие. Дорогой жизни прозвали тогда Ладогу. Она действовала день и ночь, под ожесточенными бомбежками и артиллерийскими обстрелами. «Дорога жизни – это дорога героев», - писал о ней в те дни Александр Фадеев. Всего по спасительным трассам было доставлено 1,6 миллиона тонн грузов, львиная доля из них - продовольствие. Это дало возможность уже с 11 февраля 42-го года увеличить нормы выдачи хлеба: для рабочих - 500 граммов в сутки, для служащих – 400, для детей - 300 граммов. Возобновилась выдача по карточкам мяса (говядины и баранины), жиров, сахара. Обратными рейсами эвакуировали население, вывезли почти полмиллиона жителей.

Оправдала тактика создания во вражеском тылу массового партизанского движения, в котором участвовало свыше 35 тысяч народных мстителей. Помимо активных боевых действий командование партизанских отрядов сумело собрать и переправить через линию фронта в осажденный город обоз из 220 саней с продуктами питания.

А потом пришла весна, обнажившая руины, потери и запустение с ее угрозами эпидемий – холеры, тифа, дизентерии. Уже в марте ленинградцы вышли на уборку и благоустройство улиц и дворов. В этой ситуации показала высокий профессионализм медико-санитарная служба города, подтвердив свою репутацию одной из лучших в стране. В мае 42-го была возобновлена подача электроэнергии, пошли трамваи.

Ну, а о том, что концерты классической музыки после триумфальной премьеры «Ленинградской симфонии» стали регулярными, нетрудно догадаться. Обслуживали читателей Государственная публичная библиотека и библиотека Академии Наук. Действовали православные храмы. Своим долгом совершать литургии и молебны считал пожелавший остаться вместе со своей паствой митрополит Ленинградский Алексий, с апреля 1945 года патриарх Московский и всея Руси. Его патриотические послания к верующим транслировало Ленинградское радио. Подвижническую деятельность митрополита высоко оценило Советское государство, наградив его четырьмя орденами Трудового Красного Знамени, медалями «За оборону Ленинграда» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

12 января 1943 года вошло в историю Великой Отечественной войны началом операции «Искра». В этот день перешли в наступление 67-я армия Ленинградского и 2-я ударная армия Волховского фронтов. Совместными ударами они прорвали вражескую оборону и соединились в районе Рабочих поселков №1 и №5. Побережье Ладожского озера было полностью очищено от противника, восстановлена сухопутная связь. К Ленинграду была проложена железная дорога, по ней пошли в героический город поезда с продовольствием, с грузами военного и мирного назначения.

Петля блокады была о ослаблена, но еще не разрублена окончательно. Это сделают через год войска Ленинградского фронта, осуществив стратегическую наступательную операцию «Гром в январе».

Патриотизм и «внутренняя эмиграция»

Андрей Александрович Жданов родился в городе Мариуполе 26 февраля 1896 года, в то время небольшом портовом городе на побережье Азовского моря, в семье интеллигентов-разночинцев, весьма образованных для своего времени людей. Бабушка по отцу была замечательной пианисткой, исполняла произведения Листа, Шопена, Чайковского, Грига. Это от нее внук унаследует тонкий музыкальный слух и вкус. На досуге и сам любил музицировать.

Утверждение, что образование Жданова ограничилось сельскохозяйственным техникумом, – это очередной миф. Учился он в Петровско-Разумовской академии (родоначальнице нынешней Тимирязевки) и Московском коммерческом институте. Окончить их помешала Первая мировая война. Армейскую шинель Жданов одел, будучи убежденным социал-демократом. К революционной деятельности приобщился еще в реальном училище. Член РСДРП (б) с 1915 года.

В то горячее время мужали быстро, учились воевать и созидать одновременно. В 26 лет Жданов председатель Тверского губисполкома. Еще через пару лет ЦК партии направляет его в Нижний Новгород, где коммунисты избирают секретарем губернского и краевого комитетов ВКП (б). По своим размерам регион превосходил многие европейские государства.

Подошло время первых пятилеток с их смелыми планами и сталинским призывом «Нам надо пробежать этот путь за 10 – 15 лет. Иначе нас сомнут». Нижегородский край на острие борьбы за реализацию этой программы. В 1932 году вводится в действие первая очередь крупнейшего в стране Горьковского автомобильного завода. В мощную базу по выпуску отечественных паровозов, судов «река – море» и подводных лодок превращается завод «Красное Сормово». В Балахне строится огромный бумажный комбинат. В этих конкретных делах совершенствуется организаторский талант А.А.Жданова как политического деятеля общепартийного и государственного масштаба. На ХVІІ съезде ВКП (б) его избирают кандидатом в члены Политбюро и секретарем ЦК, а депутаты Верховного Совета РСФСР – его Председателем.

В середине 30-х годов в обществе разгорелась дискуссия о проблемах изучения отечественной истории. В постановлениях Совнаркома и ЦК ВКП (б) было признано ошибочным решение 20-х годов об исключении истории из учебных программ вузов и школ. Обществу было предложено воспитывать подрастающее поколения на примерах жизни и ратной славы Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского, Богдана Хмельницкого, Петра І, Александра Суворова, Федора Ушакова, Михаила Кутузова, Василия Чапаева, Николая Щорса. Писатели, кинорежиссеры создают художественные произведения и кинофильмы, посвященные этим выдающимся личностям.

В лице Жданова Сталин обрел надежного союзника. Его деятельность способствовала идейному обогащению советской литературы и искусства, культурно-нравственному подъему общества строителей социализма. Общества, которое в самой страшной в истории человечества войне сумеет победить фашизм.

«Отец испытывал органическую неприязнь к эстетству, снобизму, аристократизму, декадансу и модернизму. Он стремился обеспечить как можно более широкий доступ к культурным богатствам мировой цивилизации. Еще в довоенные годы по его инициативе в СССР стали доступными произведения мировой классики - от Гомера, Плутарха и Гиппократа до Синклера, Драйзера и Роллана. Были изданы весь Гегель, Спиноза, Беркли, Шеллинг, Декарт, Гельвеций, Дидро, работы Ньютона, Галилея. Экономисты получили Адама Смита и Давида Рикардо, политологи и философы – Томмазо Кампанеллу, Томаса Мора, Фурье, Сен-Симона и Оуэна», - вспоминал его сын Ю.А.Жданов. Впоследствии Юрий Андреевич стал талантливым советским ученым-химиком, членом-корреспондентом Академии Наук СССР. Более трех с половиной десятилетий (1953 – 1988) возглавлял Ростовский государственный университет. Благодарные преподаватели и студенты воздвигли своему ректору памятник.

Еще громыхала на западе война, а Сталин пришел к выводу, что ему в Центральном Комитете не хватает Жданова. Позади ленинградский отрезок судьбы в десять лет. Андрей Александрович - второй человек в партии и наиболее вероятный преемник Сталина. В Политбюро ЦК ведает вопросами идеологической работы.

И поныне недоброжелатели награждают Жданова ярлыками типа «главный идеолог и палач мракобесия» за принятое в 1946 году Постановление Оргбюро ЦК ВКП (б) «О журналах «Звезда» и Ленинград». «Пальму первенства» в этом вопросе некоторые недобросовестные литературоведы отводят Сталину. И ошибаются. Инициатива целиком принадлежала Жданову, хотя Иосиф Виссарионович и советовал ему не принимать близко к сердцу творчество отмеченных в постановлении писателей.

Но Андрею Александровичу как партийному лидеру, вынесшему на своих плечах бремя блокады от первого и до последнего ее дня , были глубоко не безразличны оценки писателями этого периода истории. Продолжают ли они, уже в мирных условиях, «глаголом жечь сердца людей»? Тем более, были достойные подражания примеры в лице Ольги Берггольц, Арифа Сапарова, Николая Чуковского, Всеволода Рождественского, Веры Кетлинской и Веры Инбер, драматурга Всеволода Вишневского, которые мужественно разделили с ленинградцами все тяготы осады. Часто бывал в Ленинграде корреспондент фронтовой газеты Александр Чаковский. Его впечатления и наблюдения впоследствии лягут в основу монументального романа «Блокада».

А что создал за войну упомянутый в постановлении Михаил Зощенко? Писатель-сатирик, заботами Жданова в октябре 41-го заботливо переправленный самолетом в цветущую и теплую Алма-Ату. Сомнительной ценности роман «Перед восходом солнца», который критика и читатели встретили с недоумением: «Зачем такое издавать?».

Еще один сатирик Михаил Хазин, только уже харьковский, не нашел лучшей темы, как описать в своем стихотворном пасквиле «Возвращение Евгения Онегина» трамвайные злоключения пушкинского героя в послеблокадном Ленинграде. Вот лишь один из его пассажей:

Судьба Евгения хранила,

Ему лишь ногу отдавило,

И только раз, толкнув в живот,

Ему сказали: «Идиот!»

Моя мама работала после войны в доме отдыха паровозных и поездных бригад. Ежегодно ей полагался бесплатный билет в любой конец Советского Союза. В один из своих отпусков она повезла нас в Ленинград. Мы ходили с братом по музеям, в цирк - на представления знаменитого клоуна Карандаша, бывали в магазинах, путешествовали на трамваях и троллейбусах. И нигде не видели того хамства и бескультурья, которые Хазин сделал объектом своих насмешек. А к трамваю у старших поколений вообще было трепетное отношение как к транспорту-труженику, транспорту-воину, доставлявшему бойцов на передовые позиции, рабочих - на фронтовую вахту

А тепер об Анне Ахматовой, чистые чувства поклонников которой якобы оскорбил Жданов. Анна Андреевна, безусловно, талантливый и нежный лирик, любимица поэтических салонов , но, к сожалению ни разу не видевшая солдатских окопов. А в это время пребывала в тени забвения, терпеливо ждала своего часа вчерашняя фронтовая медсестра Юлия Друнина с ее пронзительными:

Я только раз видала рукопашный.

Раз – наяву. И тысячу – во сне.

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

Многие представители творческой интеллигенции не видели и не знали войны. А Жданову было дано не только видеть, но и прочувствовать ее каждой клеточкой, каждым своим нервом. Будучи по натуре максималистом, он предъявляя высокую планку требований прежде всего к себе. И ожидал этого от окружающих. Эту ему принадлежит определение – «внутренняя эмиграция». Под ним подразумевал тех, кто любил сладко поспать, вкусно поесть, но не желал подставлять плечо до хруста в спине под бремя общей работы. Это они не уставали повторять: «А вот у них на западе…». Это они любили расшаркиваться перед каждым чужоземным чихом, ни во грош не ставили свое, плоть от плоти выстраданное, отвоеванное, родное.

Согласимся: удивительно метко, поразительно точно подмечено. Разве не она, эта «внутренняя эмиграция», под барабанный бой бросилась справлять свою подлую тризну по державе Ленина – Сталина? Разве не она и по сей день патологически ненавидит Жданова, не дает покоя памяти о нем?

Философия – не тихая заводь прошлого

1947 год. Страна в руинах. За океаном все сильнее размахивают атомной дубинкой. А Сталин наряду с проблемами обороноспособности и преодоления послевоенной разрухи озабочен вопросами создания современных учебников по философии и политической экономии. Жданов его поддерживает. В ЦК ВКП (б) принимается решение провести Философскую дискуссию, гласную и принципиальную.

Выступая перед учеными, А.А.Жданов высказал озабоченность, что никто из философов-профессионалов за три десятилетия Советской власти не внес ни одной идеи, которая бы обогатила конкретную область знаний. Философская мысль обращена преимущественно в прошлое, к спокойной жизни, напоминающей тихую заводь или бивуак вдали от полей сражений.

Он призвал ученых по-большевистски остро, принципиально и оперативно реагировать на происходящие изменения в социалистической действительности, решительно уходить от низкопоклонничества перед буржуазной философией. Вести наступление широким фронтом, формировать стойкое марксистко-ленинского сознание в интересах строительства нового общества.

- Надо наверстывать упущенное, - подчеркнул Жданов. - Одержанная в Великой Отечественной войне блестящая победа социализма, которая является также блестящей победой марксизма-ленинизма, стала костью поперек горла империалистам. Все силы мракобесия и реакции брошены на борьбу против марксизма – живого, творческого, непрерывно обогащающегося учения, способного разрабатывать новые задачи, которые ставит перед философской мыслью практика, советское общество, социалистическое государство.

Скажите на милость, какое из этих суждений нынче утратило свою значимость, не является актуальным в наш тревожный ХХI век?

Андрей Александрович уйдет из жизни 31 августа 1948 года, во время санаторного лечения на Валдае. Было ему 52 года. 

2 Комментария

/Андрей Александрович уйдет из жизни 31 августа 1948 года, во время санаторного лечения на Валдае. Было ему 52 года. / Был уничтожен жидо-врачами.

Как говорят в Одессе: "Его ушли!"